Мустафа Джафар-оглы Рагим-заде, Вспомним первого«генерала» удмуртской нефтянки
В.Г.Юхименко
(Ижевск, ЧОУ ВПО «КИГИТ»)

Вспомним первого«генерала» удмуртской нефтянки

Мустафа Джафар-оглы Рагим-заде родился в 1922 году в городе Баку. Его отец до Октябрьской Революции занимался мелкой торговлей. Его отец до Октябрьской Революции занимался мелкой торговлей, а мама была домохозяйка. Вообще, учитывая специфику восточного менталитета это была обычная семья.


Рагим-заде в 1963 году.
Рагим-заде в Удмуртии в 1967-1973 годах
30-е годы ХХ века – это годы расцвета нефтяной промышленности Азербайджана. Работа в этой сфере была в почете, хорошо оплачивалась, у инженеров-нефтяников была красивая парадная форма одежды. Может быть, поэтому Мустафа и выбрал профессию нефтяника. По окончании школы он поступил в Азербайджанский индустриальный институт, где готовили инженеров для работы в нефтяной промышленности.

Но…в 1941 году началась Великая Отечественная война. 4 августа 1941 года Мустафа добровольцем ушел служить в Красную Армию. А так как у него за плечами был один курс ВУЗа, то его отправили сначала в Теловское, а затем в Бакинское училище зенитной артиллерии. Рагим-заде успел повоевать на Карельском и Японском фронтах.

Служил он достойно, пользовался уважением среди товарищей. Поэтому по окончании Великой Отечественной войны в 1947 годы он остался на службе в системе НКВД. Возможно, он бы остался в этой системе навсегда и даже добился многого. Но случилось непредвиденное событие - в июле 1950 года он был уволен из системы НКВД.

Встал классический вопрос демобилизованного фронтовика – что делать дальше? Вначале вопрос о продолжении учебы не стоял – Мустафа поступил на работу в Стройконтору Главморпути в качестве помощника начальника. Но буквально через год эта должность была сокращена из штатного расписания. Вот тут на семейном совете вспомнили о том, что когда-то Мустафа начинал свой жизненный путь со студенческой скамьи.

А так как он успел закончить к началу Великой Отечественной войны только один курс, то учебу пришлось начинать с сызнова. К сожалению, не осталось сведений об участии Мустафы в общественной жизни института не сохранилось. Хотя раз он к этому был членом КПСС (в которую он вступил еще во время Великой Отечественной войны в 1944 году), то, наверное, не только «грыз гранит» нефтяных наук. Сохранились свидетельства о том, что, будучи студентом 4 курса Мустафа совмещал учебу и работу преподавателем физики в школе рабочей молодежи. Впрочем, это не помешало нашему герою закончить с отличием институт и получить квалификацию горного инженера по специальности «эксплуатация нефтяных месторождений».

Весь дальнейший жизненный путь Мустафы Джафар-оглы Рагим-заде будет связан с нефтяной промышленностью. Правда - это был не родной Азербайджан, а ВолгоУральский регион. Причем все время по восходящей линии, с повышением в должности. А началась работа у нефтяников с августа 1956 года в Татарстане – в нефтепромысловом управлении (НПУ) «Бугульманефть». Начинал Мустафа как большинство выпускников нефтяных ВУЗов с должности оператора по добыче нефти и газа 7 разряда. На этом месте он проработал недолго и показал себя как умный и знающий специалист. Поэтому уже в ноябре 1956 года он был переведен в НПУ «Азнакаевскнефть». Здесь Мустафа проработал до конца февраля 1963 года и прошел путь от мастера бригады по добыче нефти до заведующего нефтепромыслом.

Ветераны труда ЦДНГ-1 НГДУ «Азнакаевскнефть» вспоминают те труднейшие годы становления Татарстанской нефти: «Новых скважин бурилось много. Бывало, практически каждый день вводили новую скважину из бурения. 4-5 скважин обслуживали операторы по добыче нефти и газа в 3 смены с подменным и старшим оператором. В начале 1957 года на 120 действующих скважин в бригаде было 60 человек.

Труд нефтяника был изнурителен. В те годы и машин не было, и вахту не развозили по объектам, люди шли на работу пешком, и днем и ночью, в холодную стужу и в дождь. Вручную поднимали и спускали в скважину скребки. Скребковые будки приходилось изготавливать из подручного материала.

Брали емкость весом 11 тонн и объемом 14 м3, тащили ее трактором на новую скважину, обвязывали и запускали скважину фонтаном в работу в эту емкость, откуда нефть самотечно по трубопроводам собиралась в резервуары, а затем откачивалась насосом с приводом от двигателя на дизельном топливе». (Материалы музея НГДУ Азнакаевскнефть»).

С января 1957 года работали вместе с Рагим-заде М.Д. операторы по добыче нефти и газа нефтепромысла № 1 супруги Гилязетдиновы - Илуза Хамзиевна (80 лет) и Буляк Шамилович (80 лет). Она вспоминает, как однажды на ее объект в Ак-Су приехал Мустафа Джафарович. Надо было показать месторасположение колодца с тремя задвижками на занесенной снегом территории. Илуза Хамзиевна показала. А время было обеденное, и она до этого приготовила суп с затирухой. Предложила ему отведать скромное угощение. Приятно пообщались. Мустафа Джафарович был скромным и доброжелательным человеком. Не зря Илуза Хамзиевна, по прошествии не одного десятка лет, помнит о нем.

Супруги Гилязетдиновы отработали в ЦДНГ-1 до самой пенсии. Он награжден Орденом Трудовой славы III степени (не смог, к сожалению, в связи с перенесенным инсультом, поделиться воспоминаниями о Рагим-заде). Илуза Хамзиевна была удостоена Ордена Знак Почета и Ордена Трудового Красного Знамени.

Талипова Галима Каримовна (85 лет) – пенсионер ЦДНГ-1 НГДУ «Азнакаевскнефть» вспоминает: «Устроилась на работу оператором в нефтепромысел № 1 в 1959 году. В то время начальником (заведующим) был Мустафа Джафарович Рагим-заде. Очень доброжелательным и хорошим был человеком. Когда обращалась к нему, все вопросы решал положительно, был очень внимательным и добрым.

Объекты мои были у деревни Кызыл-Чишма. 1 скважину по 4 человека обслуживали. Позднее перешли на обслуживание 3х скважин в 3 смены. Вручную скребками счищали парафин, которого было очень много. И в дождь, и в холод, ночами работали, а на скважины ходили пешком».

А вот как вспоминает Нургалеева Камария Сабировна (90 лет) – пенсионер ЦДНГ-1 НГДУ «Азнакаевскнефть»: «Я работала в нефтепромысле № 1 еще с лета 1956 года (в то время это был
нефтепромысел №2 треста «Бугульманефть»). Помню Мустафу Джафаровича еще мастером по добыче нефти и газа. И как начальника помню. Строгим и серьезным был. Скважины мои были у деревни Кудашево. Однажды, в 1960 году, в аварийной ситуации, проявила находчивость и смекалку, ликвидировав неполадку. Вскоре начальник Рагимзаде М.Д. лично вручил грамоту и подарок за хорошую работу. А через несколько дней позвонил и строго наказал быть на объекте. Из Казани приезжал корреспондент республиканского журнала «Азат хатын», написал обо мне статью.

По воспоминаниям бывшего работника Азнакаевского райкома ВЛКСМ и райкома КПСС Нигата Фарраховича Музаффарова Рагим-заде «был для нас одним из живых примеров того, как в нашем обществе в государственных масштабах решаются вопросы дружбы разных народов страны. По характеру и по знаниям он мне запомнился как человек разносторонних интересов, отзывчивый к ?чужой? боли?. В этот период на предприятии произошли следующие события: введен в эксплуатацию первый товарный парк (в 1956 году), начато внедрение системы автоматизации скважин САТ-2 (в 1958 году), построена небольшая термохимическая установка (ТХУ-1), которая позволила обезвоживать 50-60 процентов нефти, поступающей с нефтепромыслов, до остаточного в пределах 2-х процентов содержания в ней воды (в 1961 году), введены в эксплуатацию установки комплексной подготовки нефти при Азнакаевском и Павловском товарных парках, кустовая насосная станция (в 1963 году).

А в марте 1963 года Мустафа Джафар-оглы Рагим-заде был назначен заместителем начальника НПУ «Елховнефть» по капитальному строительству. Это предприятие было создано незадолго до этого назначения в июне 1962 года специально для разработки второго по величине «нефтехранилища» Татарстана - Новоелховского нефтегазового месторождения. Как вспоминала инженер по эксплуатации цеха поддержанию пластового давления (ППД) Мария Ивановна Нурлина «Все работы начались практически с нуля. Поэтому в первую очередь необходимо подготовить техническую документацию на проектирование разработки и обустройства месторождения, баз обслуживания нефтяных промыслов. При этом сразу началось ускоренное разбуривание месторождения, обустройство площадей и ввод скважин в эксплуатацию. Ведущая роль в этом принадлежала Рагим-заде – специалисту высокой эрудиции, интеллигенту,
мыслящему масштабно человеку».

А вот как вспоминает бывший начальник нефтепромысла № 1 Владимир Максимович Зикунов «В этот период шло строительство нефтесборных сетей, напорных трубопроводов, дожимных насосных станций и других промысловых объектов. У нас внедрялась (впервые в нашей стране) герметизированная система сбора нефти. Поэтому особое значение приобретала фигура заместителя начальника НПУ по капитальному строительству, который отвечал за внедрение в производство новой техники, а также за выбор и взаимоотношения с подрядчиками. Рагим-заде занимал именно эту должность и умел работать с подрядчиками. Он был мудрым руководителем и мог тактично, без нажима убедить собеседника согласиться с его точкой зрения».

Все эти перечисленные факторы способствовали тому, что, уже начиная с 1962 года, предприятие стало добывать свыше одного миллиона тонн нефти ежегодно, а коллектив неоднократно получал переходящее Красное знамя за победу в социалистическом соревновании среди предприятий Средневолжского совнархоза.


Рагим-заде в Удмуртии в 1967-1973 годах.
В НПУ «Елховнефть» Рагим-заде проработал до 6 сентября 1967 года, а 7 сентября 1967 года приказом министра нефтедобывающей промышленности СССР был назначен начальником НПУ «Удмуртнефть».

Рагим-заде можно не кривя душой можно считать ПЕРВОПРОХОДЦЕМ ДОБЫЧИ НЕФТИ УДМУРТИИ. И хотя первое на территории Удмуртии месторождение нефти (Вятский участок Арланского месторождения, основная часть которого находится на территории Башкортостана) было открыто еще в 1954 году промышленная разработка месторождений нефти здесь не велась.

В июне 1967года секретарь Удмуртского обкома КПСС Валерий Константинович Марисов и председатель Совета Министров УАССР Аркадий Терентьевич Марков обратились с письмом "Об организации добычи нефти и усилении геологоразведочных работ на территории Удмуртской АССР" в Центральный Комитет Коммунистической партии Советского Союза. Реакция была незамедлительной. ЦК КПСС рекомендовало Министерству нефтедобывающей промышленности еще раз изучить нефтеперспективность территории Удмуртской АССР и доложить о результатах работы. В итоге 11 августа 1967 года появился приказ министра В.Д.Шашина "О мероприятиях по освоению нефтяных месторождений в Удмуртской АССР".

Первым шагом был выбор месторождения с которого предстояло начать промышленную добычу нефти в Удмуртии. Первоначально были задумки начать с Мишкинского месторождения, рядом с городом Воткинском. Здесь же планировалось создать и основную промышленную базу нефтепромыслового управления. Но в Воткинском горкоме КПСС это восприняли без энтузиазма, если не сказать враждебно, так как не хотелось иметь лишнюю «головную боль» от возможных проблем, связанных с добычей нефти. Кроме того основное градообразующее предприятие города - машиностроительный завод давал хорошо оплачиваемую работу по военным заказам почти половине населения. Впрочем, когда в 1968 году проектным институтом «Гипровостокнефть» (который находился в Куйбышеве) был детально проработан вопрос развития добычи нефти в УАССР, выяснилось, что Мишкинское месторождение по своей характеристике не может быть первоочередным объектом разработки. Наиболее приемлемым вариантом в этом плане оказалось скромное по запасам Архангельское месторождение. Однако, по сравнению с другими оно содержало высококачественную девонскую нефть. Некоторые скважины имели высокий дебит и в первый период даже фонтанировали. Фонтанная добыча являлась менее трудоемкой при обустройстве и в процессе эксплуатации месторождения, что было очень важно для развития нового района.

Архангельская площадь подходила и по другим параметрам. Мало добыть нефть, ее еще надо было транспортировать на нефтеперерабатывающие заводы. Первоначально предлагалось перекачивать добытое сырье в Пермскую область через Ножовское нефтяное месторождение, затем - через Сарапул на нефтеперерабатывающие заводы Башкирской АССР. Но после детальной проработки был выбран вариант строительства нефтепровода в сторону Татарской АССР через Набережные Челны на Альметьевск, так как Архангельское месторождение находилось ближе остальных к территории этой республики. Кроме того на выбор трассы повлиял еще один фактор - ее планировалось пустить параллельно уже построенному газопроводу от Миннибаевского газоперерабатывающего завода в Альметьевске до Ижевска. Этот вариант прокладки трассы нефтепровода позволил отказаться от проведения геодезических работ по изысканию трассы магистрального нефтепровода, а значит, сэкономить время и деньги.

Важным этапом в работе НПУ «Удмуртнефть» стало решение вопроса (на уровне правительства страны) о генеральных подрядчиках по сооружению объектов для нефтедобывающей отрасли в УАССР. Были выбраны тресты «Башнефтепромстрой» и «Татнефтепроводстрой» с их субподрядными организациями Министерства строительства объектов нефтяной и газовой промышленности СССР. Им и поручалось строительство магистрального нефтепровода с Киенгопской группы месторождений до головных сооружений в Набережных Челнах, в том числе и 34-километрового трубопровода от Архангельской площади до Малой Пурги. И хотя сроки сдачи объектов затянулся на целый год, тем не менее, путь для транспортировки удмуртский нефти был открыт.

С изменением порядка ввода месторождений и транспортировки нефти руководству нефтепромыслового управления (НПУ) пришлось пересматривать решение и по размещению производственной базы. Анализ показал, что выбор Воткинска в этом качестве не совсем удачный. Более тщательно изучив карту месторождений республики, — а 13 из них уже были готовы к разработке, — в НПУ поняли, что среди населенных пунктов лучше всего для этой цели подходит Ижевск, расположенный почти в центре Удмуртии. Здесь же (в деревне Смирново, которая не только находилась рядом с городом, но и имела выход на ряд основных транспортных магистралей республики) были забиты первые колышки будущей производственной базы «Удмуртнефть».

Первоначально добычу нефти в Удмуртии планировалось начать еще в 1968 году. Нефтедобытчикам даже был установлен государственный план - 50 тысяч тонн нефти. Для решения этой задачи необходимо было ввести на Архангельском месторождении в пробную эксплуатацию 12 разведочных и 46 эксплуатационных скважин. Однако до ввода в действие магистрального нефтепровода об этом не могло быть и речи. Но зато нефтепромысловое управление получило возможность закупать оборудование и материалы, постепенно комплектовать штаты, привлекать подрядчиков на строительство необходимых объектов.

Чтобы ускорить добычу нефти, руководством НПУ было принято специальное решение: подготовку трассы Архангельское - Малая Пурга, строительство временной базы и обустройство скважин вести без рабочей документации и официального отвода земли под эти объекты. Рисковали? Конечно. Все это позволило уже к концу 1968 года полностью закончить всю подготовительную работу по отчуждению земель, обустройству баз и закреплению подрядчиков.

На 1969 год нефтяникам Удмуртии был установлен государственный план по добыче нефти уже в объеме 100 тысяч тонн. Это было уже делом чести первопроходцев. Но заканчивался уже третий квартал года, а срок пуска Архангельского месторождения все откладывался. Одна из причин было отсутствие насосной, через которую должна была перекачиваться нефть Удмуртии в Альметьевск. Но так как, ни проекта, ни нужного электрооборудования у нефтедобытчиков не было, руководителю НПУ пришлось прибегнуть к нестандартным методам.

Было принято решение построить временную насосную своими силами, без привлечения строительных организаций. Комплектация оборудования электрооборудования была поручена А.М.Махмутову, работавшему тогда начальником сетевого района нефтепромыслового управления «Удмуртнефть».

Задание надо выполнять, - вспоминал позже Азгар Махмутович, - а фонды на это оборудование, и материалы для насосной станции не выделены. Правда, начальник НПУ «Удмуртнефть» М. Д. Рагим-Заде дал мне сопроводительную записочку, в которой просил всех, к кому приходилось обращаться, оказывать содействие ее предъявителю. Вот с такой «бумажкой» я в течение месяца объездил все нефтепромысловые управления Татарии и Башкирии, чтобы по крупицам собрать необходимые комплектующие для монтажа насосной. Электрооборудование - то я нашел, а вот времени на строительство объекта у меня практически не осталось. Чтобы выйти из создавшегося положения, пришлось уговорить местных специалистов поработать на нефтяников Удмуртии. Расплатиться с ними за работу хотел из моих командировочных денег. Те согласились: днем трудились на своих рабочих местах, а после смены «калымили» у меня. Но когда работа была закончена, и пришло время платить, в кармане остались одни гроши. Не мог я перед ребятами оказаться в неудобном положении. Снял со сберкнижки собственные скромные сбережения и заплатил им за работу.

Но даже такая «смекалка» отдельных работников НПУ в принципе не решала дела. Основная трудность заключалась в сооружении подводного нефтепровода через реку Кама. Это сложнейшее задание выполняли тогда около десятка различных строительномонтажных организаций Казани, Бугульмы, Альметьевска, Уфы и Нефтекамска. Не обошлось и без «ЧП». В районе Набережных Челнов произошла разгерметизация трубы в дюкере. Устраняли неисправность медленно. Водолазы из-за холода более трех-четырех минут под водой не выдерживали, однако на исходе сентября они справились со своей задачей.

4 октября 1969 года погода была мерзкая, но ничто уже не могло омрачить приподнятого настроения нефтедобытчиков, так как в этот день пускали Архангельское месторождение.

От имени руководства республики нефтяников приветствовал первый секретарь Удмуртского обкома КПСС В. К. Марисов, который отметил, что от первых 100 тысяч тонн топлива нефтяникам Удмуртии предстоит совершить долгий и трудный путь к 10- миллионному рубежу.

В тот же день на имя начальника НПУ «Удмуртнефть» пришла правительственная телеграмма от министра нефтедобывающей промышленности В. Д. Шашина, который горячо поздравил молодой коллектив удмуртских нефтяников с началом промышленной добычи нефти.

За три месяца, оставшихся до конца года, первооткрыватели нефтяной целины не только смогли впервые выполнить государственное задание по добыче, но и перевыполнить его. При плане 100 тысяч тонн нефти было добыто 100500 тонн.

По результатам работы 1969 года коллектив НПУ «Удмуртнефть» был награжден юбилейной Почетной грамотой Министерства нефтедобывающей промышленности и ЦК профсоюза рабочих нефтяной, газовой и химической промышленности.


Рагим Заде и коллеги в Удмуртии в 1968 году.
Flag Counter

IZarticle
Рагим-заде в 1963 году
Рагим Заде и коллеги в Удмуртии в 1968 году
Так начиналась удмуртская нефть! Тогда еще никто не знал, каким будет этот путь. Ведь до этого Удмуртия на всю страну славилась ружьями и мотоциклами, автомобилями и лесом, высококачественным металлом и оборонной продукцией.

Наступил 1970 год, а вместе с ним начался качественно новый этап в развитии нефтедобывающей отрасли Удмуртии. План по добыче нефти рос и составил уже 470 тысяч тонн. Кроме этого необходимо было обустроить 20 скважин на Архангельском месторождении.

Но главным событием года следует считать начало эксплуатационного бурения и обустройства самого крупного в Удмуртии Чутырско - Киенгопского нефтяного месторождения.

В отличие от Архангельского его территория сплошь была пересечена оврагами. Недаром в переводе с удмуртского языка слово «Киенгоп» означает волчья яма. Заболоченные леса и полное отсутствие дорог создавали здесь немало проблем водителям автотранспорта при доставке грузов на место.

Сложнейшие задачи приходилось решать и при разбуривании площади. Газовые «шапки», поглощения и обвалы пород доставляли кучу хлопот геологической службе нефтяников. Да и сама нефть, в отличие от Архангельской, оказалась здесь повышенной вязкости, с большим содержанием парафина и смол. С расширением фронта работ строители все больше отставали от намеченных нефтяниками рубежей, и сделать мы ничего не могли - вспоминал бывший главный инженер НПУ «Удмуртнефть» Е. П. Алексеенко. Союзное министерство нефтедобывающей промышленности заняло странную позицию. Учитывая, что Удмуртия по запасам нефти значительно уступала Татарии, оно приняло решение все нефтепромысловые и другие объекты построить вахтовым методом силами башкирских и татарских стройорганизаций.

В результате такой недальновидной политики пуск в эксплуатацию Киенгопской площади был отложен на целый год. Более того, из-за неудовлетворительной работы других строительных организаций оказались незаконченными такие жизненно важные для НПУ объекты, как головные сооружения на Киенгопе, расширение Головных сооружений в Набережных Челнах, база НПУ в Смирново и т. д. Но даже в этих условиях нефтедобытчики смогли добыть сверх плана 5700 тонн нефти. В течение трех кварталов подряд НПУ «Удмуртнефть» присуждалось третье место во Всесоюзном социалистическом соревновании среди коллективов предприятий Министерства нефтедобывающей промышленности.

В 1971 году нефтепромысловое управление «Удмуртнефть» переименовывается в нефтегазодобывающее управление «Удмуртнефть». Именно в этот период здесь была извлечена первая миллионная тонна нефти, но нефтяникам было не до трудовых рапортов. Все сильнее сказывалось на добыче нефти отставание обустройства Киенгопской площади от темпов буровиков. План «вытянули» уже с величайшим напряжением сил. При задании 610000 тонн добыли 656200 тонн.

В 1972 году предстояло увеличить объемы добычи жидкого топлива уже до 1,4 млн. тонн, бурение довести с 40 тысяч метров проходки до 90 тысяч метров. Первопроходцы взяли на себя еще и дополнительные социалистические обязательства - дать стране 100 тысяч тонн нефти сверх плана!

Решить эту задачу планировалось не только за счет эксплуатации Архангельского месторождения и ввода в разработку Киенгопской площади, но и за счет досрочного разбуривания Чутырской площади. Нефтяники прибыли сюда на год раньше установленного срока. Такая поспешность вышла боком, так как выполнять намеченные объемы было некому и нечем.

Основной проблемой по-прежнему было отставание в обустройстве нефтяных месторождений из-за низкой организации труда строителей. Подрядные организации в отдельные месяцы выполняли план только на 35 процентов.

Значительно отвлекло силы бригад подземного ремонта скважин и строителей внедрение в нефтегазодобывающем управлении проекта внутрискважинного газлифта, что в конечном итоге привело к большому простою скважин. По сравнению с 1971 годом коэффициент эксплуатации действующего фонда скважин снизился с 0,954 до 0,932. Дело тормозилось и из-за несоответствия выделенных капвложений планируемым объемам добычи нефти и бурения.

Катастрофическое положение сложилось с кадрами, так как отсутствовали перспективы в строительстве жилья. Именно тогда начальник НГДУ «Удмуртнефть» М. Д. Рагим-Заде обратился к министру нефтедобывающей промышленности В. Д. Шашину с просьбой специально рассмотреть на коллегии министерства вопрос о состоянии и возможности развития нефтяной промышленности в Удмуртской АССР. И такое обсуждение в Москве состоялось. Было принято решение о преобразовании НПУ в объединение с тремя нефтегазодобывающими управлениями в Ижевске, Воткинске и Игре. После этого совещания в республику на помощь нефтедобытчикам прибыли бригады подземного ремонта скважин из Башкирии, Татарии и Азербайджана; был утвержден перечень объектов, подлежащих обязательному вводу в действие в 1972 году, улучшено материально-техническое снабжение. Но все это уже не могло спасти положение. Работа у коллектива так и не клеилась. И дело, как оказалось позже, заключалось не только в организационных просчетах руководства НГДУ, но и в необычной структуре здешних залежей, высокой вязкости жидкого топлива. Нефтяники Удмуртии впервые столкнулись с проблемами добычи, сбора и транспортировки такого сырья и оказались не готовы к их решению. К тому же достаточного опыта разработки подобных площадей в Советском Союзе еще не было.

Результат был закономерным: при задании 1400000 тонн добыча нефти в 1972 году составила всего 1269200 тонн. Работа коллектива на коллегии Министерства нефтяной промышленности была признана «неудовлетворительной». Последовали организационные выводы из сложившейся ситуации - Рагим-заде был снят с занимаемой должности. Генеральным директором объединения «Удмуртнефть» был назначен Валентин Иванович Кудинов, работавший до этого главным инженером объединения «Оренбургнефть». Рагим-заде был назначен заместителем генерального директора объединения по капитальному строительству. Стили и методы работы Рагим-заде и Кудинова отличались между собой. Как вспоминал Е.П.Алексеенко, поработавший с как с Рагим- заде, так и с Кудиновым: «Мы вскоре почувствовали различие в стиле и методах руководства трудовым коллективом предприятия. Прежде всего, были отменены ежевечерние планерки, создан Совет директоров, проводившийся один раз в месяц, где подводились итоги работы и ставились задачи на следующий месяц. Но главным оказалось то, что если Рагим-заде брал на себя решение всех вопросов, лишал возможности подчиненным проявлять инициативу, то Кудинов в этом отношении придерживался противоположного мнения». Трудно судить, чей метод руководства лучше, а чей хуже. Наверное, это был просто другой, следующий этап развития предприятия, который требовал новых, нестандартных решений.

Наверное, психологически это было сложно - работать вместе бывшему и настоящему «генералу», и поэтому в июне 1975 года он был переведен на работу в министерство нефтяной промышленности СССР. Причем как вспоминал Виктор Алексеевич Тимошинов, работавший с Рагим-заде в начале в «Елховнефть», а затем в «Удмуртнефть» «он очень часто помогал своим бывшим коллегам, как с Удмуртии, так и Татарии». В министерстве Рагим-заде проработал 10 лет (до июля 1985 года) – в управлении капитального строительства, причем на руководящих должностях - вначале главным технологом, а затем начальником отдела строительства нефтегазопроводов. А коллегам по министерству он запомнился, как вспоминает бывший ведущий инженер отдела планирования управления капитального строительства Мамонова Людмила Александровна «вежливым и внимательным человеком, прекрасным работником».

Труд Мустафы Джафар-оглы Рагим-заде был высоко оценен государством. Он был награжден орденом Трудового Красного Знамени (в 1971 году), медалью «За доблестный труд», в ознаменование 100-летия со дня рождения В.И.Ленина (в 1970 году), значком «Отличник нефтяной промышленности». Ему было присвоено звание «Заслуженный работник нефтяной и газовой промышленности РСФСР».

Работа и труд на благо Родины были главной целью жизни Рагим-заде, но он не замыкался на ней. У него была прекрасная семья: жена (которая, кстати, участвовала в Великой Отечественной войне), три дочери. Он активно участвовал в общественной жизни коллективов, в которых он работал.

Увы, нет данных о том, чем занимался Мустафа Джафар-оглы на заслуженном отдыхе. Умер Рагим-заде 10 августа 1998 года в Москве.


Примечание
1.20 лет НГДУ «Азнакаевскнефть» ордена Ленина производственного объединения «Татнефть».-Азнакаево, 1976.
2. НГДУ «Елховнефть» /Авт.сост.А.Г.Нугайбеков.-Альметьевск,1992.
3. НГДУ «Елховнефть»: четверть века в строю /Авт.сост.А.Г.Нугайбеков. -Казань, Татарское книжное издательство,1988.-с139.
4.Слово об елховцах/Авт.сост. И.Х.Зарипов.- Казань, Татарское книжное издательство,2000.-с.149.
5. Н.П.Курочкина Нефть Удмуртии. - Ижевск: «Кварт»,2001.-с.13
6.Черное золото Удмуртии/Авт.сост. С.А.Жилин.- Ижевск, Регион-Пресс, с.22-23.
7.«Удмуртнефть»: люди и годы/Сост. Н.Б.Прудникова.-Ижевск: Рекламное агентство «Парацельс»,2007.-с.191.12
8. Валентин Кудинов: Статьи, воспоминания.- Ижевск, «Удмуртия», 2001.-с.129.
9. Профессионалы нефтегазовой отрасли: Книга 2.- колл.авторов., -М, ЗАО «Издательство «Нефтяное хозяйство», 1998.
10. ГУ «ЦДНИ УР» Ф.16.Оп.4. Д.10579
10. РГАЭ. Ф. 70. Оп. 5л/с. Д. 2110.Лл.4об,5,29.
11. ГА РФ. Ф.Р-7523.
Жители старого Ижевска.
Секретари
Удмуртского
обкома КПСС
список
Директора Ижевского завода.
Дореволюционный период.
Директора
Воткинского завода
(машиностроительного)
.
Старые фотографии плотины и Ижевского оружейного завода.
Дороги Удмуртии.
Фото.
Мосты Удмуртии.
Фото.