История возникновения г.Можга

Сюгинский, Красный, Красный Поселок, железнодорожная станция Сюгинская, г. Красный, Бесцерковницк




    До революции Можгинская волость входила в Елабужский уезд Вятской губернии. Центром Можгинского уезда избрали старинное торговое село Можга.

    Это село еще до середины XIX века, благодаря отдаленности от своего уездного центра — г. Елабуги (80 верст), приобрело значение районного центра северной части Елабужского уезда. К ней тяготели волости Ильинская, Большекибьинская, Алнашская, Александровская, Билярская, Поршурская, Большепудгинская и отчасти Варзи-Ятчинская и Граховская.

    В селе Можга находились учреждения, которые обслуживали все перечисленные волости: больница, двухклассная школа, ветеринарная лечебница, лесничество, агрономический пункт, почтовое отделение, развита была и торговля, здесь находилось свыше десятка постоянных торговых лавок, в частности, магазин «Зингер». По воскресеньям собирались многочисленные базары, два раза в год проходили ярмарки: Крещенская — 19 января, Казанская — осенью, все это предопределило избрание Можги уездным центром, тем более, что Елабуга после Октябрьской революции отошла от нашей республики к Татарии.

    Но с. Можга как город не имела перспектив промышленного развития. Она была удалена от водных и железнодорожных путей, не имела никаких промышленных предприятий, кроме кустарей-одиночек (кузнецы, жестянщики, кожевники, сапожники, шорники и другие). Все местное сырье вывозилось для переработки в другие места.

    Поэтому руководители Можгинского уезда сразу после его образования стали хлопотать перед областными организациями о переводе центра из Можги на железнодорожную станцию Сюгинская, находящуюся в десяти километрах от села. Новая железная дорога Казань—Екатеринбург, только что введенная в эксплуатацию, проходила через эту станцию, кроме того, железнодорожная станция располагалась в непосредственной близости от Сюгинского стекольного завода.

    Но для перевода уездного центра на необжитый лесной участок необходимы были значительные материальные и денежные средства, выделить которые правительство не могло, так как в то время еще не закончилась полностью Гражданская война и хозяйство страны находилось в весьма тяжелом состоянии, однако мысль о переводе уездного центра не покидала местных работников. Да и сама жизнь толкала на это.

    Еще в 1918 году, до образования Вотской области, на переезде тракта Можга—Большая Уча при станции Сюгинская были построены складские помещения Камско-Вятского торгового товарищества. Впоследствии здесь разместился ссыпной пункт Можгинского уездного продовольственного комитета (упродкома), были построены новые хлебные склады, картофелехранилище, мельница с небольшой электростанцией, до десятка жилых домов барачного типа. В 1923 году сюда переселился из села Можги упродком со всеми отделами.

    Таким образом, в 1923 году вопрос о переводе уездного центра из села Можги на станцию Сюгинская стал на практическую основу. Решением уездного исполкома была образована техническая комиссия в составе инженера С. Е. Пустошинцева, лесничего Фатеева, врача Блинова. Им поручалось провести обследование участка вдоль железнодорожного полотна от речки Мутовки до реки Валы на протяжении 8 км с целью выбора подходящей площадки для строительства города.

    Комиссия детально обследовала две площадки: от реки Мутовки до реки Чебершурки и площадку около деревни Чумойтло вблизи реки Вала. При этом проведены изыскания в отношении рельефа местности, грунта и водоснабжения будущего города. По результатам обследования комиссия составила доклад, в котором рекомендовала уездному исполнительному комитету остановить свой выбор на первом участке.

    Президиум исполкома после изучения представленных материалов согласился с заключением комиссии и вынес решение о постепенном переводе уездного центра из Можги на станцию Сюгинская. Это решение было одобрено председателем облисполкома И. А. Наговицыным. (В настоящее время одна из главных улиц нашего города носит его имя.)

    Инженеру С. Е. Пустошинцеву, работавшему тогда учителем школы второй ступени и педагогического техникума в селе Можга, в порядке общественной нагрузки было предложено составить технико-экономическое обоснование перевода центра на новую площадку, разработать проекты зданий под уездные учреждения, составить соответствующую смету. Эта работа выполнена им в течение зимы 1923—1924 годов.

история возникновения Можги

     IZarticle              |   IZ-article.ru  |   А Блог  |  Турецкий язык   |  Статьи о Турции  |
    Более быстрому переводу уездного центра на новое место и строительству города способствовал пожар, случившийся в селе Можге 8 мая 1924 года. А произошло это так.

    Утро выдалось солнечным и ясным. Дул небольшой ветерок, на деревьях распускались почки, полным ходом шел весенний сев, все крестьяне были в поле. Вдруг ветер стал постепенно усиливаться и примерно к одиннадцати часам перешел в ураганный. Около полудня, в центре села, во дворе крестьянина Пономарева неожиданно вспыхнул пожар. Из-за сильного ветра огонь моментально перекинулся на соседние строения, а затем и на соседние улицы. Через час огнем были охвачены самые крупные деревянные здания, занятые уездными учреждениями. Горели школа, больница, другие строения. Жар был настолько силен, что с подветренной стороны загорелся лес, на высоте 30 метров вспыхнула верхняя часть церкви, изолированно стоящей на большой площади.

    К вечеру почти все селение было уничтожено. Сгорело много домашних животных, были и человеческие жертвы, от пожара сохранилась только небольшая подгорная улица и остались целыми несколько зданий педтехникума, расположенных на окраине села.

    На чрезвычайном заседании президиума уисполкома под председательством Т. И. Максимова было решено все уездные учреждения временно перевести в рабочий поселок Сюгинского стеклозавода и частично в поселок при Сюгинском ссыпном пункте, а также ходатайствовать перед соответствующими инстанциями об отводе земельного участка под строительство нового города, об ассигновании на это необходимых средств.

    Уисполком со своими отделами временно разместился в особняке бывшего владельца Сюгинского завода А. П. Сырнева, который до этого занимала начальная школа, уездный финансовый отдел въехал в дом бывшего владельца завода С. А. Шишкова. Часть учреждений разместили в зданиях поселка при ссыпном пункте.

    Для проведения заседаний всем уездным властям предоставлялись клуб стеклозавода, контора складов Елабужского хлебозаготовительного товарищества, зал ожидания железнодорожного вокзала.

    А в первый месяц после пожара заседания проходили почти ежедневно, вел их председатель Можгинского уездного исполкома рабочих и крестьянских депутатов Т. И. Максимов. На одном из таких заседаний в мае 1924 года инженера С. Е. Пустошинцева назначили техническим руководителем по планировке и строительству нового города, освободив его от преподавательской работы в школе второй ступени и педтехникуме.

    На каждое срубленное дерево местное лесничество составляло специальный акт. Дело доходило до того, что лесная стража отбирала топоры и пилы у лесорубов. Число актов за нарушение лесных законов росло, как снежный ком, и грозило застопорить начавшееся строительство. На каждую строительную площадку приходилось оформлять особое разрешение в лесничестве. Создалось явно ненормальное положение. Служащие начали покидать город. Одним из первых уехал врач Брейтфус, сославшись на то, что без больницы ему в городе нечего делать. За ним потянулись и другие. Постройка бараков хоть и велась, но из-за отсутствия достаточного количества стройматериалов велась далеко не теми темпами, какие требовало положение дела.

    В июне 1934 года председателя уисполкома Т. И. Максимова, секретаря укома партии Иютина и инженера С. Е. Пустошинцева вызвали в Ижевск на заседание президиума облисполкома, где им предъявили целую кипу актов, составленных инспектурой лесной охраны. После длительных и горячих прений президиум под председательством И. А. Наговицына вынес решение, смысл которого сводился к следующему: в революционном порядке отвести для строительства города участок в размере 800 гектаров. Лес на участке передать в распоряжение города, оформление отвода участка произвести согласно существующим правилам и законам.

    После этого положение со строительством улучшилось. Кроме того, в распоряжение города поступили некоторые денежные средства и ожидалась еще помощь правительства СССР в сумме 100 000 рублей.

    Пустошинцеву совместно с землемером Рябовым было предложено в срочном порядке провести распланировку и нарезать в натуре кварталы и улицы будущего города, при этом уисполком дал проектировщикам следующие установки: усадьбы нарезать шириной по улице 20 сажен и вглубь — 40 сажен, главные улицы — шириной 20 сажен, поперечные — 15 сажен. Увязать новые улицы с уже обозначившимися в поселке при ссыпном пункте, предусмотреть в плане города площади для демонстраций, базаров и рынков, под городские сады и парки.

    После утверждения плана города на президиуме уисполкома немедленно приступили к нарезке кварталов в натуре. Одновременно продолжались работы по оформлению отвода всего участка под город. В комиссию включили еще представителей владельцев земель, смежных с городской чертой. От Сюгинского завода в комиссию вошел И. А. Иванов, который долго не соглашался на включение заводского земельного участка в городскую черту, справедливо опасаясь, что новоселы будут претендовать на луговые угодья по реке Сюгинке, находящиеся в пользовании рабочих завода.

    Дело с отводом городского участка и утверждением плана Наркомхозом РСФСР затянулось почти на два года. К тому времени город в основном был уже застроен и по переписи населения в нем уже числилось 3870 жителей.

    После нарезки кварталов в натуре стали поступать заявки на усадьбы от застройщиков — сначала от служащих и рабочих города, а затем и от всех желающих со стороны. С целью привлечения большего числа застройщиков служащим городских учреждений и строительным рабочим предоставлялись некоторые льготы: выдавались небольшие ссуды, отпускался лес на постройку усадеб на льготных условиях, а иногда и в кредит. Застройщикам-удмуртам в окрестностях города нарезались особые земельные участки по 1 га на хозяйство для посева зерновых культур. Эти участки сдавались на определенный срок, и застройщики обязывались раскорчевать и привести их в полный порядок, чтобы впоследствии на них организовать пригородное хозяйство.

    Был выработан договор, согласно которому застройщик обязывался строить свой дом по утвержденному проекту, соблюдая необходимые пожарные разрывы, содержать в порядке улицы и тротуары против своей усадьбы, определенную площадь усадьбы выделить под зеленые насаждения, некоторые застройщики брали на себя обязательства часть жилой площади сдавать под квартиры служащим города за плату по существующим коммунальным ставкам.

    Население сначала относилось ко всему недоверчиво, застройщики опасались брать усадьбы и давать требуемые обязательства. Некоторые относились с иронией к затее большевиков строить город в лесу. Без купцов, мол, ничего у вас не получится. Но скоро недоверие рассеялось, и число заявок на усадьбы начало расти с каждым днем. К осени 1924 года строительство частных домов развернулось во всех районах города. С Дубовской горы открывалась интересная панорама на город: были видны сотни новых тесовых крыш среди зелени леса.

    Домов было мало, практически по одному на каждую улицу. Поэтому участки не были огорожены, и домашний скот пасся прямо у домов. Свиней на все лето отпускали на улицу, они бродили по лесу под стать кабанам.

    Многие семьи в те годы жили в землянках, расположенных вдоль железной дороги. За станцией Сюгинская был постоялый двор, который содержал Тунгусков.

    Население постепенно прибывало, город рос, строились новые дома. За работой люди не забывали и об отдыхе — ходили гулять на перрон железнодорожной станции. Там снег таял раньше, чем в других местах, поэтому детвора облюбовала там место для игр в лапту и городки. А взрослые смотрели немое кино в тесном и душном железнодорожном вагончике.

    Улицы сначала обозначались порядковыми номерами, но так как они проходили по лесу и десятники не успевали отводить участки застройщикам, да и сами нередко путались с номерами, иногда получались недоразумения. На Сюгаильской улице, например, какая-то вдова построила свою избу прямо посреди улицы. Появилась необходимость дать улицам названия. Проект названий поручено было разработать Т. И. Максимову и С. Е. Пустошинцеву и представить его президиуму уисполкома.

    В 1924 году при нарезке городских кварталов улицы называли по номерам, а позднее они получили другие названия. Так, например, улица № 1 стала Вуж урам, № 2 — Можгинская, № 3 — Коммунальная, № 4 — Запрудная и т. д. Улица Межевая получила свое название сразу, гак как она проходила по просеке, отделявшей раньше государственный лес от лесов Сюгинского стеклозавода. На территории начальных домов улицы Садовой среди хвойных деревьев больше, чем в других местах, росли вяз, липа, орешник, калина, эти привлекательные растения, видимо, и послужили основанием для такого названия улицы.

    Впоследствии улицы стали называть в зависимости от того, к каким селениям они вели: Сюгаильская, Чебершурская и т. д. Позже появились Тракторная (теперь улица Карбышева), переулок 1-й Тракторный (улица Котовского), переулок 2-й Тракторный (улица Гагарина) и другие.

    Руководителям города большое беспокойство причиняла захламленность участка остатками после рубки леса. Хотя пожарная команда летом 1924 года и была организована, а в городе сооружено до десятка прудов и водоемов, все же огромные кучи высохших за лето хвойных сучьев представляли большую опасность в пожарном отношении. Тем более, что улицы города не были раскорчеваны и к месту возникновения пожара не всегда можно было подъехать, когда начались дожди, решили сжечь все лесорубные остатки и щепу около построек, что и было сделано под наблюдением пожарных.

    После пожара в селе Можга все уездные конторы, как уже говорилось выше, были временно размещены в различных помещениях. К осени их требовалось освободить, чтобы своевременно подготовить свои помещения, из окрестных селений перевезли несколько готовых деревянных зданий. Так, из Большой Пудги перевезли поповский дом, из Качки — двухэтажное здание школы. Затем приступили к приспособлению под учреждения некоторых уже существующих зданий на ссыпном пункте.

    К 1 января 1925 года все уездные учреждения были размещены в своих зданиях, сотни служащих получили квартиры, многие жители построили свои дома. Острый квартирный кризис миновал.

    Строительство деревянных зданий барачного типа не удовлетворяло город. Когда было получено на строительство города сто тысяч рублей, президиум уисполкома постановил израсходовать на деревянные дома только 10 тысяч рублей, а остальные 90 тысяч ассигновать на строительство двухэтажного каменного здания и разместить в нем все уездные учреждения.

    С весны 1925 года строительство города развернулось с новой силой, он представлял собой сплошную строительную площадку. Помимо Дома Советов велись постройки военкомата, школы второй ступени на Коммунальной улице, городской больницы по улице Сюгаильской и других объектов. А число частных застройщиков перевалило уже за три сотни.

    Новый город до 1926 года не имел официального названия. Одни называли его Сюгинском, другие — Красным, третьи — Красным Поселком, а уезд по-прежнему назывался Можгинским. На новых картах чаще всего обозначалось так: железнодорожная станция Сюгинская, г. Красный, уезд Можгинский.

    Чтобы покончить с таким разнобоем, на общем предвыборном собрании жителей в январе 1926 года была проведена дискуссия о названии города, затем — голосование и наказ своему делегату на предстоящий уездный съезд Советов, в повестку дня которого включался и этот вопрос, в ходе собрания было внесено еще одно предложение: назвать новый город Бесцерковницк. Такое название имело основание, так как в нем, действительно, не было церквей и их не собирались строить в будущем. Но само название, весьма неблагозвучное, не понравилось горожанам и было отвергнуто.

    После продолжительных прений решено было сохранить прежнее название — Можга, так как уезд имел одноименное название. В пользу этого названия высказались многие участники собрания еще и потому, что слово Можга, по удмуртским преданиям, означает имя предводителя старинного рода.

    Собрание поручило своему делегату уездного съезда Советов С. Е. Пустошинцеву выступить и защитить именно такое название. Уездный съезд, состоявшийся в феврале 1926 года, одобрил постановление общего собрания горожан и поручил уисполкому возбудить ходатайство перед ВЦИК РСФСР о присвоении новому городу имени Можга.

    В начале 1921 года были образованы Можгинский уездный исполком и уком партии. Первым их руководителем, совмещая две должности, был Медведев Александр Семенович.

    В 1922—1923 годах уездная организация РКП(б) насчитывала в своих рядах 116 членов и кандидатов. Первым секретарем укома РКП(б) в эти годы являлся М. Г. Журавлев, оргинструкторский отдел возглавлял Г. И. Зайцев, членом секретариата был С. И. Клюкин.

    В уезде насчитывалось 23 комсомольских ячейки, они объединяли в своих рядах 236 юношей и девушек, работой укома РКСМ руководил Т. И. Иванов.

    А вот имена тех, кто начал работу еще в период существования Можгинского уезда и продолжил ее после появления города:

Копытов Александр Иосифович, первый начальник милиции. На эту должность назначен в марте 1921 года.

Плехов Иван Петрович. 14 лет возглавлял военный комиссариат.

Рузанов Евгений Алексеевич, первый руководитель рабоче-торгового кооператива (позднее — Можторг). 1924—1930 годы.

Кривошеин Андрей Иванович, заведующий финансовым отделом и отделением Госбанка. 1922—1929 годы.

    После образования Можги прошли выборы депутатов в городской Совет, первым его председателем стал Евгений Иванович Дерюгин, бывший до этого рабочим стекольного завода «Свет».

    В марте 1926 года проходил областной съезд Советов. В ходе его в облисполкоме состоялось узкое совещание, на которое были приглашены делегаты от Можгинского уезда для обсуждения дальнейшего развития города Можги. Секретарь обкома партии Аронштам хотел услышать мнение делегатов о перспективах развития города вообще и в промышленности в частности. Отвечал на вопросы делегат С. Е. Пустошинцев. Он сказал, что новый город расположен в очень удобном месте — на железнодорожной линии и здесь может развиваться промышленность.

    На базе местного сырья можно развить деревообрабатывающую и лесохимическую промышленность. Окружающие город лесные массивы почти не введены в эксплуатацию, так как сплав древесины в Волгу ограничен малой пропускной способностью верховьев рек Валы и Ныши. Поэтому переработка леса в Можге на более транспортабельную продукцию (пиломатериалы, фанера, комплекты упаковочной тары и т. д., а также скипидар, смола и лесохимические товары) будет вполне целесообразна, экономически выгодна и рентабельна.

    Для строек требовались материалы. С этой целью создаются две артели: «Лесопил» (ее возглавил В. Т. Обухов) и «Красный кирпич» (председатель К. А. Пантюхин). Первая занималась заготовкой и разделкой леса, а вторая выпускала кирпич для печей.

    Было образовано коммунальное хозяйство (горкомхоз), которым в первые годы руководил Анкудинов. В штате горкомхоза состояло 14 человек: двенадцать рабочих и два коновозчика.

    В те же первые годы на улице Можгинской появилась противопожарная часть, сданы в эксплуатацию здание военкомата, школа но улице Коммунальной. В кирпичном здании по улице Запрудной (ныне улица Наговицына) разместились финансовый отдел и отделение Госбанка (в этом здании долгое время размещался маслозавод, а сейчас оно разобрано). Вскоре в новом помещении (стояло почти на том же месте, только чуть ближе к дороге, где сейчас городской ОВД) поселился отдел милиции.

    В поселке быстро росли частные дома, численность населения увеличивалась, а крупного промышленного производства, кроме стеклозавода, не было. Требовалось создать рабочие места. С этой целью начали организовываться предприятия, промысловые артели. Возникли артели «Большевик» (председатель Н. М. Фридман), «Красная звезда» (А. А. Горбунов), «Кожевник» (В. П. Двоеглазов), лесозавод (директор В. П. Колчин), леспромхоз (директор А. И. Петухов) и некоторые другие. Был открыт райпромкомбинат с учебно-производственными мастерскими, где готовили плотников, столяров, обувщиков, портных, рабочих других специальностей. А кустари-одиночки влились в эти артели.

    Предприятия начали выпускать различную продукцию: древесную стружку, дощечку, мебель, обозный инвентарь, сосновый уголь, обувь, одежду, чугунно-печное литье, веревки и другие изделия. Построили большую пекарню (заведующий С. А. Напольский).

    Под руководством Е. А. Рузанова был создан Сюгинский рабоче-торговый кооператив (будущий Можторг). Началось строительство складов, торговых точек. Были открыты магазины: продовольственный, хлебный, керосиновый, железоскобяной, промтоварный. В 1929 году в центре города (на пересечении нынешних улиц Наговицына и Можгинской) построено второе по счету кирпичное здание. В нем разместился магазин «Продукты». В том же году открылась школа № 2 на улице Вуж урам (ныне Наговицына), районная почта-телеграф и сдано в эксплуатацию самое большое по тем временам здание Дома Советов, в котором сразу же было размещено педагогическое училище, переведенное сюда из села Можги.

    В 1927 году в Можге заговорило радио. 1 апреля 1930 года вышла в свет газета на удмуртском языке «Социализме» («К социализму»), редактором которой был Н. А. Степанов. Через год стала выходить газета «Можгинский рабочий» на русском языке, ее редактором являлась М. В. Белослудцева. Появление газет стало крупным событием в общественно-политической и культурной жизни можгинцев.

    В 30-е годы сданы в эксплуатацию крупные объекты производственных предприятий, народного образования, культуры. Среди них — завод дубильных экстрактов, пищекомбинат, маслозавод, типография, нефтебаза, лесхоз, ветлечебница с ветбаклабораторией, заготскотбаза, инкубаторная станция.

    Расширилась сеть учебных заведений. Открылись ветеринарный техникум, медицинское училище, школа механизаторов и школа № 6, четыре дошкольных учреждения, Дом пионеров, районный Дом культуры, клуб «Дубитель». Основаны расположенные в городе сельскохозяйственные предприятия: машинно-тракторная станция (МТС) и межрайонная мастерская капитального ремонта (ММКР).

    На базе артели «Лесопил» при горкомхозе в 1932 году создана стройгруппа из 17 человек. В 1936 году ее переименовали в Можгин-скую стройконтору Наркомхоза УАССР. В следующем году она стала называться Можгинским стройучастком горкомхоза и ее передали в трест «Удмуртстрой». В ее составе в то время числилось четыре десятка рабочих: 10 плотников, четыре каменщика, 12 отделочниц, три столяра, три печника, четыре коновозчика. За пять лет, прошедших с образования стройгруппы, построен Дом колхозника, городская баня, школа № 3, здания сберкассы и отделения Госбанка.

    В 40-х годах стройучасток назвали «СМУ-2» треста «Удмуртсельстрой». На его базе в 1974 году организована передвижная механизированная колонна — ПМК-1088 (начальник В. М. Чванов) с численностью рабочих и инженерно-технических работников почти шестьсот человек, которую потом переименовали в МСО-2. В настоящее время АООТ «МСО» — самая крупная в городе строительная организация численностью более тысячи человек (генеральный директор Р. Р. Муфтахов). Ее автотракторный парк составляет почти двести единиц техники. А в 1932 году ее транспортная база состояла из трех лошадей!

    В 1939 году в городе состоялись выборы в местные Советы. Было избрано 45 депутатов, председателем стал П. М. Колесников. Город строился и благоустраивался, численность его населения составляла уже 22,2 тысячи человек. Горисполкомом разрабатывались обширные планы дальнейшего развития всех инфраструктур города, но их осуществлению помешала война.

    В годы ВОВ исполком городского Совета возглавляла А. Ф. Зыкова, секретарем работал С. Е. Волков, а первым секретарем райкома партии был А. М. Герасимов.






Пустошинцев С.Е.
Пустошинцев С.Е. в студенческие годы. 1907 г.